Чем бы дитя не тешилось...
glbk
Мир на оси заклинило?

Вирус проник в сознание?

Две параллельных линии

Пересеклись в стенаниях?

Люди, как зомби кланяются,

Догмам, что в ялы обутые,

А панацеи-посланницы,

Разум и мысли опутали.

И увлеклись пирамидами,

Боготворят хиромантию,

Всяким «фуншеем» и видами,

Жизни ведут хрестоматию,

«идолам» и доморощенным,

И ясновиденью разному,

Семя жуют не пророщеным,

Лбы разбивают и праздно так,

Страсти кипят от гадания,

Вместе идут с карапедами,

Жизнь свою вне мироздания,

Мыслят не жизнью, а бедами…

Чудо и ложь, ох, и манят их,

Даже без знака не ползают

Часто бывают обмануты,

Теми, кто их использует.

Небо ль на землю спешилось?

Хаос? А, впрочем, так и ли?

Чем бы дитя не тешилось,

Лишь бы оно не плакало!



16.01.2008г.


Виталий Рыбак
http://www.stihi.ru/2008/01/17/494

Запись
glbk
Этот жест предвещает опасность

Этот жест не таит добра

Это пьяная вежливость

Это вежливость не моя.



Она шатается и улыбается

Пытается даже обнять,

Она даже целуется

Но потом она начнет убивать.



Я стал таким вежливым

Каким никогда я не был

Нигде и никогда, неверное

Переизбыток красного вина.





Я двигаюсь, так как могу,

Как позволяет мозг.

В таком состоянии знаю

Ответ на любой вопрос



Тебя заманю и нанесу

Свой подлый удар,

На твой вопрос: «Почему?»,

Отвечу, что это дар.



Потом подойду к микрофону,

Тебе что-нибудь посвящу,

Сигарета забрызгана кровью,

Я о тебе пою.



Пальцы в красном соке,

На струнах тот же цвет,

Переставляя аккорды,

На грифе тогда твой портрет.



Я поражаюсь тактичности,

И своей доброте,

И звуки чистой музыки,

Я разбавляю в вине.



Песня закончится сразу,

Как ты перестанешь дышать,

Это значит что мне

Нет смысла больше играть



Я убил тебя музыкой,

И мне кажется что навсегда,

Как же тебя умиляли

Эти мои слова.



Ты никогда не верила,

Что я тебя задушу,

И наконец проверила,

То, что я не вру.



Я становлюсь угрюмым

Как раньше и был,

Я немножко счастливый

Что мечту осуществил.



Я даю обещание

Больше не пить никогда,

И с тобой не встречаться

За бутылкой красного вина.




Денисов Олег
http://www.stihi.ru/2008/01/28/2576

Ошибка предположения
glbk
Предполагаемые представления

Очень предметны и очень пронзительны.

Он принимал этот мир как явление,

Где обиход обернётся обителью.

Был обходительным, что обусловило

Предвосхищение предупреждения

Мира иного, где место злословию

Так предначертано сумрачным временем,

Что после вспышки слова испускаются.

Чтоб испариться – мгновенье, не более.

Он никогда не испытывал таинства,

Страх генетический ставил условие:

Вместе с включеньем светила всевышнего

Тут же забиться и всуе не шествовать.

Игры лихие в стотретьего-лишнего

Он пропускал. Хоть легенды про Деспота

Воспринимал восхищённо-презрительно,

Дескать, красиво слагают несносности...

В доброго верил, конечно, правителя,

Деспотов мнил проявлением косности,

Ибо от света не могут опасности

С жутким исходом спускаться на сущности,

А в атмосфере раздолья и гласности

Нечего прятать по кухням для кучности

Силу ума...

И однажды достойно

Вспышку в зените воспринял как данность.

Гордо остался. Спокойно, спокойно...

Высшая сила к нему приближалась

С чем-то большим, ароматным и странным.

Вспышка, хлопок...

Стала плоской планета...

Был он приметным большим тараканом.

Тапок, однако, не верил приметам...

В предположение вкралась ошибка.

Впрочем, случается с каждым, ребята.

Но, чтоб не сделаться пятнышком зыбким,

Лучше дождаться светила заката

Где-то в щели...

Ныне, присно, когда-то...


Bor G
http://www.stihi.ru/2008/01/23/4249

Из цикла Письма в прошлое- Opus 2
glbk
       2005-го ИЮНЯ 11 ДНЯ

       На стихотворение М.Ю.Лермонтова

       «1831-го ИЮНЯ 11 ДНЯ»

       I

       1

Младенческий едва прорезав взор,

Попал в военный взрослых перепляс,

И разных зол гнобИл вселенский спор,

К добру же импульс всё ж во мне не сгас.

Смотреть ложился ночью смерти сны

Я в колыбель воюющей страны.

Дневною скорбной болью омрачён,

Я детских грёз ночами быль лишён.

       2

Не мне и не сейчас судить, сколь страх

Натуру исковеркал мне невдруг:

В недетских бдениях мне на часах,

Враг Финкельштейном в сердце слал испуг.

Ненастий удручён я был игрой,

С превратною смирясь тогда судьбой.

Но жар души впоследствии восстал,

За счастье всех на бой меня позвал.

       3

Школярства слепок в памяти восстал,

Когда событий даты я зубрил,

(В уме для этого шкалу держал:

В штрихах отрезок в ней как «век» служил).

Влюбился в алгебры премудрой вязь;

Фигур и точек раскрывал я связь.

Стихи куда-то прятал в задний ум

В игре стихий произведений, сумм.

       4

И помнится, как старые слова,

Древнеславянский дряхлый оборот

Под бешенство меня вели едва

(И с Пушкина стихом то было). Крот,

Слепой, я тыркался в норе глухой

Литературных вкусов, где тупой

Методикой преподаванья смят,

Был на столбе незрелости распят.

       5

На знамени «egalitЕ!» неся,

Я искренне месил от юных сил,

Призов при том особых не прося,

Пирог в закваске, что марксизм взрастил.

Затем соратник - шлёндает в нырок:

Глядишь – в богатенький попал мирок;

Мирским доволен счастьем, шелапут,

Идеологии не зная пут.

       6

Идеи равенства так прянул крах

В моём сознанье; харакири шок

Социализма возрастал в делах

И идеалов действия отток.

Нехватку видел чести и ума

В идущих к власти; и струна,

Когда-то певшая про коммунизм,

Всё чаще приводила в пароксизм.

       7

И карьеризма шествовал парад,

И цеховик подпольный резал нАл…

От принципов, пахучих прежде, смрад

Мой юный мозг сомненьем разъедал.

Тогда решил уйти в себя, Мишель, -

В самопознанья так забился щель.

И, тих, с огромным кладом всех культур,

В честнейшей я погряз из синекур.

       8

Режим труда давал моей семье

Насущный хлеб; и дни, лет с десяти,

Как узник проводил (Андре Шенье!)

В квартирке тесной (без телесети!).

Господь взял бабушку в свой мир, иной,

Я отвыкал от ласк её, святой.

Так с детства к одиночеству привык

И к чаше размыслительства приник.

       9

Завороженный сонмами идей

И музыкой, что трындил патефон,

Читал и слушал – вот набор затей,

С друзьями детства – физкультурный фон.

Героев книг я действа смаковал,

Но обсуждать с друзьями не желал:

Чтоб образ, созданный как я хотел,

Вторжений дружеских не претерпел.

       10

От умственных разборок подустав,

Сюжетов, образов – души оков, -

Клубок сомнений на года сверстав,

У взрослых редко утешений кров

Искал, и толкований тех турнир

Манил вкусить сплетённых логик пир.

Но несогласья дух меня гневил,

Из спора ускользал я , быв без сил.

       11

Вошед в поток студенческих времён,

Кольцо идеологии разъял,

Ярмо поэзии, - и всех имён

Я, припозднившись, лирику впивал.

Так поздняя любовь приходит, как удар,

Как Афродитой пробуждённый дар.

Запретных самиздатовских страниц

Нёс кипы андеграунд в шик столиц.

       12

И вместо кривобокого клише:

«Народ за партией!» в слюне сюсюк, -

Взметнулось то, что свойственно душе

Народной, не подвешенной за крюк.

Запретный плод сорвать! – Таков был сказ:

Подстрочный смысл в строку улёгся враз.

Так «оттепель» - подвсплывший дирижабль

Свободы – смяла стяг «соцмизерАбль».

       II

       1

НарОды, вОйны, короли, цари

Лишь нехотя в мой мозг могли заплыть;

Истории событий, хоть умри,

Не мог в салюте чувств я оживить.

Интриги короля, двора взахлёб, -

Не мог переварить я этот стёб.

Чужих народов подневольный стон

Гнев не рождал, чтоб гнал из кожи вон.

       2

И тёмный мир религий удручал:

Кто ортодокс, кто ярый кальвинист,

Кто гугенот, кто дошлый клерикал, -

Всегда инфА лилась на чистый лист

Манер жестоких на Руси царей, -

Был возмушён их злобностью затей.

Тогда в зиготе будто Homo жил –

Из чаши Разума глотка не пил.

       3

Мой дух к свободе рвался с детских лет

И цель как «экшен» мог лишь презирать,

И Справедливости приоритет

На знамени решил я начертать.

Людского счастья я хотел расцвет

Вернуть в чреде отпущенных мне лет.

И так хотелось страстно всё уметь,

И так хотелось до безумства сметь!

       4

Не характерных лиц, вождей, судеб

Не признавал, впав в анархизма раж:

«Пусть каждый ест своей харизмы хлеб

На рынке скупки воль, ума продаж!»

Я избежал Наполеона культ,

Но сталинских настырных катапульт

Мой неокрепший разум не сознал –

И пОмесным марксистом в юность встрял.

       5

Идейно близок пролетариат

Мне был; но червь сомнений обуял:

Ведь диктатура лиц из низших страт

В экономический вела б обвал.

Со время Оно управленья строй

Интеллигентской роют головой, -

Учёный, въедлив, не схоласт, потел,

Дабы прогрессом был стране удел.

       III

       1

Мишель, «прогресс» нам бурно приоткрыл

Ларец из тайн любви, быв прежде скрыт.

Словесных Муза так лишилась крыл

И чувств высоких скрал усталый быт.

Строкам и рифмам не добыть огня,

Как не пустить в галоп с хромцой коня.

Сгинь околопегасовская голь –

Поэт обязан в людях высечь боль!

       IV

       1

Мишель, давай же не кривить душой:

Известность, славу многие добыть

Стремятся, вскормлены судьбы игрой,

Чтоб именем своим в потомках жить.

Тебе везло, что рёк вещун-пророк:

России славу, мол, составить мог.

Ты состоялся, русский Прометей –

Любим ты рОссами грядущих дней!

       2

Мой друг, сумел свой распознать талант

Ты сЫзмальства; взамен пришлось страдать

В мишУрной лжи, как «света» фигурант,

Сокровища души так ограждать:

Личину гордости в друзья призвав

И Избранных друзьями лишь назвав.

Но на таких клевещет лживый свет, -

Служить «призванью» – выбора им нет!

       3

Мишель, всегда фальшив «культурный слой»,

Что на поверхность в обществе всплывёт;

Но лишь через него, хоть волком вой,

Тебя, как единицу, признаёт.

Так и сейчас сковал «культурный» плебс

Умы пошлятиной, и мудрый Зевс

Коросту молнией не смог сразить:

С народом власти так удобно жить.

       V

       1

Телесного тебя «свет» закопать,

Мишель, сподвижен запросто, слегка

По их же правилам тебе б играть:

Интриги – с уст, и в жестах – сталь-рука.

Не всею мощью свет бы презирать, -

Его жестокость – хитростью сковать.

Но чЕсти остротА – больной вопрос,

Безмерной скорбью он для нас пророс.

       2

Мишель, ты не берёг душевный дар,

Что дал тебе Творец, избрав перстом:

Врагов, «друзей» не избежал ты свар

И не смирил язвительность хлыстом.

Бессмертье пестовать своё умно

Талантам - свыше Богом не дано.

Таких, как ты, Господь являет нам

Раз в сотню лет, чтоб жить благим мечтам!

       3

Мишель, переходя из жизни в тлен

В своих мечтах, любовь уносишь ты.

Но к деве в небесах ты вожделен:

И не стесняясь чувства наготы,

Чеканил имя девы ты в веках

В своих любовных золотых стихах.

В нирване райской ты быть вечно с ней

Хотел, с Франческой дивною своей.

       VI

       1

Мишель, ты представляешь, сколь маразм

И равнодушие заело нас!?

Когда в блевотине вонючих спазм

(Не помогает христианский Спас!)

Защитников страны мы хаем прах,

Глумливая улыбка на устах

Тех нуворишей, кто, предав отцов,

Ряды сплотили умственных скопцов.

       2

Мишель, зияет трещина, облА,

Между отцами (пропасть!) и детьми:

Отцы всю жизнь боролись против зла,

А дети – нырк во Зло, как дети Тьмы!

Стяжательством купил их душу черт,

И банковский им солнцем светит счёт.

В шкале добра и зла всяк бизнес – вор,

Во зло трудящимся займёт упор.

       3

Мишель, златого тяжко власть тельца,

Глотнув свободы духа, воспринять,

Как стриженая, чувствовать, овца,

И что стрижёт тебя чиновник-тать.

И уж вдвойне тяжЕле мне открыть,

Что сын раба рождён боготворить:

И плод, хоть для отца от Бога свят,

Отцу приносит в сердце горький яд.

       VII

       1

В борьбе сомнений, сердцем изъязвлен,

Души мятенье нет уж сил унять,

Спешу к потоку быстрому; явлен

Творцом для тех, кому пришлось страдать, -

И рокот вод, бурливость усладит

Твой взор и слух; и горе – отлетит.

Так лечащая нас Природа-мать

Своих бойцов привыкла оживлять.

       VIII

       1

Поверьте, здесь снисходит благодать

Любовной жертве в галерее дам,

Когда поток тревогу смог отнять,

Когда рассудок «Пой!» - кричит устам.

Коллекцией амурной черт вершит, -

Перед покойным сердцем он дрожит.

Неутолённой страсти только плен

Терзает душу сотнею геенн.

       IX

       1

Мишель, твой дух так страшно одинок,

И неприкаянность в строке звучит:

В пустыне распустившийся цветок

В среде колючек, как изгой, торчит.

Как гордость с искренностью повязать,

Анахоретом, лохом чтоб не стать?

Мишель, коль Рок ссудил тебе бы жить,

Ты уловил бы компромисса нить!

       X

       1

Неотвратим ли Рок? И как играть

С забавами, что мечет Демон Зла?

Удара ли Судьбы беспечно ждать,

Кривая пусть куда б ни привезла?

Пытаться ль просчитать мистерий ток, -

Когда и где тебя настигнет шок?

Подслушать где, отбросив кучу дел,

Какой в грядущем ждёт тебя удел?

       2

Ты в шахматы и в карты был игрок

Отменный, говорит молва, Мишель.

Где твой прозОр? Ведь и несчастья срок –

Не непредвиденная в жизни мель;

Не отвратил тот «пламень роковой»,

Что запросил оплату головой.

И жизнь зачем ты не ценил,

В игре со смертью не нашедши сил?

       3

И слать тебе наш горестный упрёк!

Потомки, - одному из лучших душ!

Когда ты гибели уж дал зарок

Предвиденьем кончины: хладный душ,

В строфах ты на читателя пролил,

Коль эпитафией заговорил;

И мысли, благозвучия творца

Умчали в рай из Гениев Дворца.

       XI

       1

Заманчиво блужданье среди душ,

Когда-то на Земле вершивших путь –

С презреньем видеть их, как СкарамУш?

Иль от меня расплаты им хлебнуть?

А нежные созданья, что любил

Из всех своих мужских, но смертных сил?

За добродетель и порок ведут

Там на святой алтарь иль страшный суд.

       2

Ты чувства бурные вложил, Творец,

В земные чада, но забыл сказать,

Где добродетели пришел конец,

Где грех родился мощь набрать.

И пташкой несмышленой ворковать

Мы вынуждены, - грань ту пролагать!

Для счастья не хватает шага нам

В греховном поле, чтобы быть мечтам!

       3

Мишель, так, извиненья за порок

Судье Верховному нам приносить?

Границу сдвинуть к Счастью он не мог?

Предвидел - из души баранки вить?

А вспышки безрассудства неужель

Ты приписал порочности, Мишель?

Но как же, осознавши Гений свой,

Ты, как в рулетку, стал играть с Судьбой?

       4

И всё же ты, проказник, брат:

Неявно чувствовал, что в Рай – твой путь,

А ты в любви интригами богат

(В них сильной страсти было где блеснуть!)

Я верю: неземной искал ты клад

В девицах смертных; чувств же напрокат

Ты у небесных сил не занимал,

Натурой цельною любви алкал.

       XII

       1

Господь любовью чАда наградил,

Не для того, чтоб их окутал чАд

Неверия в неё, - по мере сил,

По замыслу Творца, пусть каждый рад

Такому чувству будет и тогда

Пойдут детьми и сёла, города.

Наперсник флирта, бабник и нарцисс

Умоются бездетно, - правда, мисс?

       2

Как «страсть сильнейшую», любовь назвал

В строке кипучей ты; и без неё

Стиха ни строчки ты бы не слагал:

Тебе и мне – то жизни мумиё!

На всю катушку – так любить, Мишель!

И тем звончей пребудет Лиры трель.

Ты равнодушье, холод гнал из строк,

Лавинных мыслей ангельский пророк.

       XIII

       1

Чего же проще? От страстей бежать,

В пучину выбросить любовный трут.

И искромётных чувств не возжелать

За умиротворение минут?

Тщетой неблагодарной не греши,

Копя смирительные барыши.

И чувство робкой волей покорять, -

Из бури сильной в шторм пловца бросать.

       2

Из сердца вытравить эмоций «грех»

И тем добыть спасительный покой?

По Фрейду, - ты лишишься на успех

Всех шансов взрезать творчества запой.

А страсть к одной, коль юн, из афродит

Источит душу, когда разум спит.

Искать не стоит заклинаний тень,

Запор прогнивший, от любви плетень.

       XIV

       1

Лишь мудрым ухищрением Творца

У однолюба сингулярна страсть,

Печать счастливого навек юнца,

Всю жизнь так длившего Юноны власть.

Покойно счастье без боренья, бурь,

Разнообразная не гложет дурь!

Но коль любовь разбита у благих –

Страдать им тяжко до волос седых.

       XV

       1

И гордость – с ней рождён иль воспитал, -

Добро мешает ближнему творить.

Она царит, как личности портал,

И в бронзе образ свой манит отлить.

В проказах Зла, как грозный капитал,

Она, меж тем, сильна; когда устал

Мерзавцам правдой путь торить,

Она презреньем помогает жить.

       2

Пропитан гордостью азарт борьбы,

(«Гордыня» - грустно скажет клерикал)

Лишь гордость вырвать крохи у Судьбы

Способна счастья общего, что дал

Господь нам, смертным, как собаке кость,

Желанен или не желанен гость

У жизни на пиру – пусть всё решит

Тот код про гордость, что Творцом в нас вшит.

       3

Но гордость же, помноженная нА

Зловредность, что Творец в тебя ж вложил,

Бед натворит, пойдёт с добром война, -

Ведь вЕто же Господь не наложил

На зло, бесчинств не съёжил круговерть,

Гонимых в преждевременную смерть

Не разредил, закланцев сих толпу,

Судьбой прижатых к злыдневу столбу.

       XVI

       1

При виде царственных Кавказских гор

Мой дух благоговейно трепетал.

Из тесных вылезши равнинных нор,

Души свободу я осознавал.

Смиренным глазом божью благость зрил

И ухом тайный звук с небес ловил.

Такие горы Бог затем создал,

Чтоб смертный в суете не утопал.

       2

Здесь гордый лес в века точил упор,

В причудливых стволах и кронах влит,

Ввергаются лавины лишь с ним в спор,

В землятрясеньях стонет монолит.

Здесь душу изъязвлённую лечи

И, затаясь, торжественно молчи.

Здесь не увидишь ты тропинки в Ад,

Дорогу в Рай пришельцы здесь мостят.

       3

Тебе, Мишель, по нраву дух пустынь,

Степей приволье, роскошь синевы

Небес, и облачков резнАя плынь.

А я ж лесов поклонник, рек, травы:

В заботах живность этажей лесных

Там суетится в гЕовозрастнЫх.

И каждая борьбой там дышит пядь:

Все жить хотят и в меру умирать.

       4

В России есть и северная весь:

Там в горизонте заблудИтся взор,

КремЕнь – там живность, ведь наИв и спесь –

В игре с Природою – чистейший вздор.

Там стужи, ветры, снегопадов шквал

Загонят в смертный слабакОв провал.

И небесам приятен божий труд:

Там гимны мужеству людей поют.

       XVII

       1

Вершины гор и лихоманка-степь,

Надменно клячу Вечности взнуздав,

Трёхмерного пространствия чудЕбь

Рождают, радость человеку дав.

Дыханьем спёрт, взор робко вскинешь ввысь!

Иль душу распростав: «печали, - Брысь!»

Окутан ширью, простотой полей,

Стоишь, измучен благостью своей.

       2

Ловил ли ты у Вечности тот звук,

Что Гения в тебе он пробудил,

Когда за тысячи душевных мук,

Господь тебя избрАнством наградил?

Или Господь коррекцию Судьбы,

Первоначально гнав тебя в рабы,

Свершил, довольно морща мудрый лоб, -

В России Гений появился чтоб.

       3

А как у Вечности подслушал ритм

Своей души порывистой? В борьбе

Затем пришлось проклятья алгоритм

Врагов парировать, Мишель, тебе.

Как чувствовал ты пульс немой вражды!

Но дураков долбил ты без нужды!

Иль красоваться надо ль среди дам:

«Им остроумья чары распродам!»

       4

А краски где у Вечности нашел,

Чтоб красоту земную подсмотреть,

Чтобы дерев пел величавый ствол,

Чтоб пОутру зарю заставить рдеть,

Чтоб, как живой, в годах, курил гусар,

ЛопухинА чтоб всей Земли ВарвАр

Пленяла нежностью; и счастья зов

Был скрыт в тени, как девственниц альков?

       5

И гор кавказских под весёлый клич

НасЕльников подножия Богов,

Плодов природы вышедших настричь,

Плывя в потоке из гортанных слов, -

Величие тех гор не описать,

На русском и на тюркских – не сказать;

На Высший Разум можешь уповать, -

Его на пиках гордая печать.

       XVIII

       1

Никто меня бы убедить не смог,

Что цепи гор, ущелий и стремнин

Ничтожным людям в раже отдал Бог

В чреде Природы радостных крестин.

Не может гордый исполинов век

Сопровождать ничтожный человек.

Величественна стать Кавказских гор,

Велик и человек там с давних пор.

       2

Так почему ж к насЕльникам равнин

Так нелюбезен горский человек?

И он, хранитель памяти седин,

Хотел бы упредить и новый век,

Не поступиться волею своей

И пошерстИть соседей и друзей, -

Свободных хитростей реестр им дан

В талмуде, именуемом «Коран»?

       3

Мишель, узнав и полюбив Кавказ,

Я на равнине Русской вижу сны.

В них о красотах гор ведётся сказ,

Первичных скал и ледников страны.

И до кончины, до последних дней

Хранить я буду в памяти моей

Чистейший воздух, горцев гордый нрав…

Пуст Бог решает – прав я иль не прав.

       XIX

       1

Как сладостны минуты те, когда

Перебираешь «нЯки» прежних лет:

Цвела когда любовная страда

И ты презрел монашества обет;

Когда так свеж, пахуч твой прежний пласт

В любовной борозде, а нынче – наст,

Хранящий свято всех страстей борьбу, -

И, как шампур, пронзил мою судьбу.

       XX

       1

Величественны горы, их гранит –

КольЕ главе; разрезанность пространств

Над нами кантилЕною звучит,

Величием премудрых постоянств;

Столетьями те великаны ждут…

На горе человеку - так вздохнут

Однажды, так чихнут, что будет зря

Их восхвалять, коль вздыбилась земля.

       XXI

       1

Как часто боевой души настрой

Царит в тебе, природы тусклый шум,

Невнятный шорох, призрачный покой

Так раздражает свежий, бодрый ум.

И в дни тоски безрадостных годин

Угрюмых глаз не хочет зреть картин,

И лишь ненастье, опечалив взор,

Душе даст встряску, спящей до сих пор.

       XXII

       1

Когда секунда ценится тобой,

Её используй впрок; и пошлый мир

Своим талантом сдвинь, тогда застой

Шажком твоим устроит нОви пир.

А обессмертить имя не спеши,

Не трать на это россыпи души.

Но верь в свои деянья и не спорь:

Ты знаешь, как глупцов бездарна корь!

       XXIII

       1

Мишель, ценил ты каждый в жизни миг,

Твой ум кипел, бореньями объят.

Страдал ты: мир, мол, крохотно постиг.

Распознавал и света скрытый яд.

Стал прометеевым твой огнь для нас

И афоризмом бьёт твой вещий глас.

Как в церкви православной лик святой,

Мишель, для нас священ ты и - живой.

       2

Гнетёт нас страсть, чтоб с пользой жизнь отдать

Служенью, что в разряде неземных:

Крушить бы зло, за правое страдать

И нЕлюдей бы видеть вне живых.

Но манит жизнь стоустыми: «Возьми!»

Так ты – возьми и… к Вечности стреми.

Суметь бы нам боренья услаждать

И пользу радостью всегда снимать!

       XXIV

       1

Подчас желанья обгоняют вскачь,

Угнаться не спешит за ними ум;

Нейдут идеи, Образ тускл, хоть плачь,

На сердце тягостно от горьких дум.

И ждёшь с надеждой у Судьбы привет,

Духовный ощущая полусвет.

Но втуне мозжечёк, шалун, хранит

Родник творца: даст Бог, - он зажурчит!

       2

Творить – так обожаема волна

Движения души, и тО – печать

В нас Гения; но всё же суждена

Она с отливом мерно отступать.

Из Космоса энергии подсос, -

И в новый вал творения я врос.

Твой Гений спит на время, верь Мишель,

Но в том, что есть, Мишель, - себя уверь!

       3

Душа ликует творчеством минут

И разрыдаться хочет, коль – затор

В ней вдруг; тогда мгновенья вяло ждут,

Чтобы вела она с судьбою спор.

И есть ещё режим в потоке лет –

«Меж радостью и горем полусвет», -

Отчаянью удавку ты накинь

И самобичеванья зов отринь.

       XXV

       1

Ты гениален, юноша, Мишель:

«Священное с порочным» - в нас, в борьбе.

Иль святость, иль порок – видны, но прель

В душе спит, забродившая; в мольбе

Ты отгоняешь призрак святотатств,

Но путь твой не лежит в святые братств.

«Священное с порочным» - вражий плен,

Проволочившись в нём, нисходим в тлен.

       2

Где в человеке пролегла та грань:

Порок священен там, а святость смех

У многих вызывает, даже брань, -

Тогда не очевиден многим грех.

Нам тонкость чувств пристало б воспитать,

Лабильность в этике законодать.

Людей так мягко судьбы пусть текут –

Без склок, без ссор они пусть счастье ткут.

       XXVI

       1

Когда в желаньях воспалён умом

И силишься в судьбу весь мир вовлечь,

Все яства поглотить голодным ртом,

Ни крошкой из утех не пренебречь.

Тогда своих не рассчитаешь сил

И не найдёшь чтО Господа просил

И, обессиленный, разбит душой,

Лежишь на берегу с блуждающей тоской.

       2

А между тем не меньшего ума

Господь востребовал, чтоб вал страстей

Ты б смог умЕрить, а не тО – сумА

Иль клетка – от размашистых властей.

Сожми кулак и губы в кровь изгрызь,

Но отсеки хотений лишних слизь.

Найди призванье, сбей соблазнов шустр,

Душа светила чтоб, как сотня люстр.

       3

Любовь, нагрянув как девятый вал

(Не предвещало всё мечты облом),

Когда обрёл ты, долго что искал,

Вдруг обращается в печали ком.

И даже новая любовь подчас

От шрамов прежних не спасает нас.

Мишель, Господь не всем подряд дарил

Любовь с востребованием всех сил.

       4

Любовь – всепоглощающая страсть,

Для всех искомый в жизни идеал.

Но маргинальным чувствам впору пасть,

Коль конкуренцию впридачу дал

Господь, сословий пагубную сеть,

И бытовых проблемок коловЕрть,

И с мефистофельской ухмылкой ждал:

Кто тернии пройдёт, тот побеждал.

       XXVII

       1

Когда любовь под бурею неволь

Пришлось оставить не на век, Мишель,

Чужбиной новых чувств брести, доколь

Ты вновь в родной среде, и бурный сель

Восставших чувств смёл гнилостную гать

Из сердца – вон, и вновь ему – пылать!

Коль дальний край в тисках тебя зажал, -

В былой любви ты счастья не пожал.

       XXVIII

       1

Меня терзал и честольбья бес

И сладостность возможного венца,

И устремлений смутных тёмный лес

Свет истины скрывал от молодца.

Когда, смиряя дух, ты благ лишен, -

В глазах хапуг и жИгало смешон.

Я славы не искал, верь, никогда, -

Я поглощён процессом был всегда.

       2

Я от любви и от людей бежал,

Прекраснодушествовал я в былом.

Мадонну, мир идей я обожал, -

Не разметал чтоб жизни бурелом.

Претило в пошлых мыслях прозябать

И так хотелось духом клокотать.

Как напружинившийся гнул бычок, -

Из заурядности свершить скачок.

       3

Мишель, о смерти мало думал я,

Ворвавшись в устремлений паровоз.

Укусов роковых на сердце тля

Не совершала, сея чувств некрОз.

И наученья путь, и жребий мой

Мне представлялись радужной зарёй.

Лишь общежитье, общество и мир

Неслись, как думал, в валтасАров пир.

       4

А гибель? Краснодонцев был пример,

К себе их подвиг часто примерял:

Фашистам вред принесть в наборе мер

К самопожертвованью долг склонял.

Но где-то в глубине таилась грусть –

Я мало ведь свершил!.. А, ну и пусть!

Матросовский бросок мне часто был

По жизни аргументом слабых сил.

       5

А обо мне ли будут вспоминать?

Вопрос сей не зазнобисто точил:

Чрезмерным честолюбьем не страдать

Курс простоты, народности учил.

И пропаганда «партии родной»

Трубила этот тезис на убой.

«Не выделяйся из народных масс» –

Таков для нас был сталинский наказ.

       XXIX

       1

В любимых память обо мне вполне

Немного поживёт живмЯ живой.

А будет ли известность и во вне? -

Господь определит пусть жребий мой.

И душу б грел мне краткий мадригал –

Единомышленника твёрдый нАл:

«Унёс с собой (в подобье воровству!)

Любовь к таланту, воле мастерству».

       XXX

       1

И о могиле, как конце трудов,

Души настрой не хочет вспоминать:

Свихнулось столько доблестных умов,

Стремясь небесный лавр завоевать!

Меня сверлила долго мысль одна –

(Как ни смешно) цвела б моя страна!

Её полёт патриотизм бодрил, -

Долбить свой камень прибавлялось сил.

       XXXI

       1

Мишель, ты на разгадку нас обрёк

Тех раундов со «светом», жизни ринг

Что преподнёс тебе, каков оброк

Тебе платить, поэта свинг

Когда наносишь ты, и моветон

Твой заставляет свору выгнать вон

Являемый тобой триумвират:

Гусар, поэт, мужчина – ты не рад?

       2

А «свет» - среда иль оболочка? В рост

Когда идёшь как Личность, и признать

Тебя, коль выстроишь контактов мост

«Свет» снизойдёт иль рад играть,

Накинув лицемерия покров,

С тобой: притворный взгляд благих коров

Великосветской дамы – это весть,

Так шлётся изощрённейшая месть.

       3

А если «свет» штурмуют ты и я,

И непреложны правила игры,

Когда лжецу он так спешит в друзья,

И лизоблюдства раздувать пары

Ему, что пару пальцев обсосать,

На искреннюю дружбу – наплевать.

Ужель такого другом бы назвал,

Мишель, ты, прикатЯ на новый бал?

       4

Самим собой остаться – вот удел,

Мишель, Господь тебе определил.

Тщеславием напрасно ты горел,

Чтоб «свет» тебя в свои сосуды влил.

Им надо грызть живца в своих устах,

От Личности чтобы остался прах.

Лишь, в отношеньях лжи не потакав,

Мы можем спеть в высокой из октав.

       XXXII

       1

Что не сбылось, тем память язвленА;

Тревожит дух не Явленных утех.

А в Рай просясь, душа извлечена

И в Ад заброшена под общий смех.

И гложет явью чувств немых оскал,

Как будто у Судьбы я что-то скрал.

Счастливых мигов беспорочна суть,

Несбывшихся надежд не тронет муть.

       2

Мишель, потоком парадигм и рифм

Стремимся мы «мысль сильную» расшить,

Как прежде, помнишь, полуголый скиф

Пронзал копьём лихую лань, чтоб жить.

Бей пулей слов в дешевый пересуд,

Цевьём размера покажи, что крут.

Прицелом верным глупость, ложь пометь, -

Для экзекуции свей правды плеть.

       3

Мишель, не горячись, - ведь мысль сильна

Твоя, и в твёрдой поступи стиха

Врезается нам в разум, и она

Нам плуг души толкает, лемехА

Его пропашут счастья борозду, -

Читатель вспомнит так твою звезду,

Как ты горел, светился и кипел,

Свершить успел с Беш-тУ высоких дел!

       4

Покоен будь ты, Лермонтовский дух:

Потомков омывает Гений твой,

Эпохи той ты – зрение и слух,

А мы в грядущее идём с тобой.

И сны чужие русский будет гнать,

Чтоб утром с именем твоим вставать.

Неуспокоенностью бы твоей

Приблизить счастье Родины моей!

       11.06.2005




Вольдемар Блинов
http://www.stihi.ru/2008/01/27/1461

Тебя рядом нет...
glbk
Умолкли аккорды гитары задорной,

И боль задымила живительный след,

Мгновение замерло в неге холодной,

Я грустно заметил - тебя рядом нет.

Печально опали златые цветенья

И солнце весеннее спрятало свет,

Небес облака унесли вдохновенье,

Я грустно увидел - тебя рядом нет.

Пустые движенья сплели паутину

Бессмысленно прожитых юности лет,

В душе отразилась немая картина

И грустно я понял - тебя рядом нет.

Дожди затянули задумчиво песни,

Вопрос не нашел откровенный ответ.

Скажи мне, пожалуйста,милая честно

Так будем ли вместе мы, да или нет?

15.05.07 г.


Митя Ковалев
http://www.stihi.ru/2008/01/09/906

В память о брате
glbk
На могилке брата стонет

Сердце полное тоски.

Сколько дней оно провоет

Не порвавшись на куски?



Горько, горько! Больно, больно!

Не хватает моих сил!

Жизни путь теперь мне сольно

Нужно топать средь могил.



Больно, больно! Горько, горько!

И над миром пустота!

Неужели даже зорька

Для меня не красота?



Дом пустой, сестра рыдает,

И на кухне только мы -

И никто, увы, не знает,

Почему так много тьмы?



Синий гроб с оградкой чёрной,

Крест с табличкой, надпись: "БРАТ",

И порою очень знойной

Мысли пятятся назад.



Но я знаю, мы же тоже -

Все отправимся к тебе:

Любоваться там на Боже

И не думать о судьбе!




Алексей Шматов
http://www.stihi.ru/2008/01/30/381

Twitter отказался раскрыть информацию об аккаунте Собчак
glbk
Сервис микроблогов Twitter отказался предоставить Роскомнадзору информацию об аккаунте телеведущей Ксении Собчак.

Более 200 тысяч детей в Татарстане отдохнули этим летом в оздоровительных лагерях
glbk
Более 200 тысяч детей отдохнули этим летом в 1 294 оздоровительных лагерях Татарстана, сообщает пресс-служба Роспотребнадзора по РТ. Все лагеря на сегодняшний день закрыты.

В сети появилось видеопослание Робина Уильямса онкобольной девушке
glbk
За несколько месяцев до того, как Робин Уильямс свел счеты с жизнью, актер записал одно из последних своих видеообращений со словами поддержки и любви к девушке с неизлечимой болезнью…

Пол Маккартни женил пару на своем концерте
glbk
Известный британский исполнитель Пол Маккартни поженил влюбленную пару прямо на своем концерте. Разволновавшаяся невеста вместо жениха призналась в любви артисту.

?

Log in

No account? Create an account